Россия берет на заметку опыт США

Экспертная рабочая группа поддержала первую из трех рассмотренных инициатив, набравших более 100 тысяч голосов на сайте Российской общественной инициативы (РОИ). Речь идет о проекте «Мой дом — моя крепость!» о расширении пределов допустимой самообороны при защите своего жилища.

Обвинительные приговоры для россиян, которые, защищая свой дом, убили или ранили нападавших, могут стать более редкими или вовсе уйти в историю.

Как заявил по итогам заседания рабочей группы министр по делам открытого правительства Михаил Абызов, эта инициатива будет принята в работу правительством. Совершенствовать придется и законодательство, и правоприменительную практику, сообщает РИА Новости.

Право на неприкосновенность жилища гражданина России гарантируется Конституцией, в которой определен запрет на проникновение в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании решения суда.

Уголовный кодекс РФ дает гражданину право на причинение вреда лицу, незаконно проникшему в его дом, только если при этом не было превышено пределов необходимой самообороны, то есть доказана опасность для жизни и здоровья обороняющегося или его близких.

Авторы инициативы «Мой дом — моя крепость!», ссылаясь на международный опыт, предлагают установить в России презумпцию невиновности человека, защищавшего свой дом.

Подобный принцип действует, в частности, в США. Для его реализации в УК должны внести поправки, в соответствии с которыми любое незаконное проникновение в жилище гражданина, совершенное с применением насилия, будет рассматриваться как достаточное основание для применения ответного насилия.

В случае принятия этих поправок, люди, защитившие свой дом и семью, смогут избежать судебной волокиты и опасности попасть в тюрьму.

Также для исключения возникающих в правоприменительной практике разногласий предлагается законодательно закрепить понятие жилья не только как места жительства, но и как места временного пребывания гражданина.

Другими словами, право на применение насилия к нападавшему будет распространено на случаи пребывания в гостинице, санатории, доме отдыха, пансионате, кемпинге, туристической базе и так далее.


Количество насильственных преступлений против граждан России, совершенных в местах их проживания и временного пребывания, остается высоким.

По данным МВД, только за первое полугодие 2013 года в России зарегистрировано 480 разбоев с незаконным проникновением в жилище, 1715 случаев грабежей с незаконным проникновением в жилище, а также более 20 тысяч убийств и случаев нанесения тяжких телесных повреждений, часть которых также происходила по месту жительства потерпевших.

Абызов сообщил, что лишь 5 % преступлений, связанных с проникновением в жилище, предотвращается на стадии подготовки.

При этом столкновения с нападавшими происходят скоротечно и сотрудники правоохранительных органов не в состоянии мгновенно оказаться на месте преступления.

Сами же люди, подвергшиеся нападению, зачастую действуют в состоянии аффекта и не всегда способны оценить реальную опасность для себя и своей семьи.

Нередки случаи, когда против граждан, подвергшихся нападению в собственном доме и оказавших злоумышленникам сопротивление, возбуждаются уголовные дела, а многие впоследствии оказываются за решеткой за превышение пределов допустимой самообороны.

По данным Абызова, обвинительные приговоры по подобным делам выносятся ошибочно в 84 % случаев. Такая ситуация ставит в уязвимое положение законопослушных граждан, а преступникам позволяет чувствовать себя увереннее.

Председатель правления общественной организации «Право на оружие», которое вело активную кампанию в поддержку инициативы, Мария Бутина напомнила о нескольких делах, получивших широкий общественный резонанс.

В начале апреля 2012 года в дом бизнесмена Гегама Саркисяна в городе Богородицк Тульской области ворвались четверо вооруженных грабителей, принявшихся избивать членов семьи коммерсанта. Саркисян в ходе самообороны схватил кухонный нож и зарезал трех преступников, но и сам получил ножевые ранения.

Следственный комитет возбудил по факту ЧП уголовное дело об убийстве, максимальная санкция по которому — пожизненный срок. История получила огромный резонанс по всей России, и в итоге официальный представитель СК РФ Владимир Маркин объявил, что следствие решило не привлекать Саркисяна к уголовной ответственности за убийство.

Александру Телесову из села Мамоновка Воронежской области, который избил напавшего на его дом грабителя, также удалось избежать тюремного заключения, но пришлось пережить судебное разбирательство.

А вот казаку Евгению Стригину из Карачаево-Черкесии повезло меньше: за применение огнестрельного оружия при обороне от напавших на его дом он получил 9 лет строгого режима.

«Еще огромное количество таких дел, к сожалению, есть», — констатировала Бутина.

С признанием правомерными любых действий, допущенных в ходе самообороны, не согласны МВД и Минюст, направившие отрицательные заключения.

В заключении МВД говорится, что само по себе место нападения не может рассматриваться как условие, допускающее возможность причинения нападавшему вреда, не соответствующего степени опасности посягательства.

«Признание правомерности любых действий безгранично расширит институт необходимой обороны. Таким образом ничем не будет отличаться от преступления», — считает Минюст.

В заключении ведомства говорится, что вопрос о том, какой вред может считаться правомерным, нужно более детально регламентировать постановлением пленума Верховного суда РФ.

Инициативу в целом поддержала Общественная палата, представители которой, правда, тоже предлагают решать проблему за счет совершенствования судебной практики.

Кроме того, по словам Абызова, в поддержку инициативы выступил ряд общественных организаций и депутатов Госдумы.

Обойтись только совершенствованием правоприменения, по мнению Абызова, нельзя.

«Ситуация, которая фиксирует 84 % необоснованных обвинительных приговоров, говорит о том, что само законодательство требует изменений. Это даже не 50 на 50, где можно ситуацию разъяснениями поправить. Это означает, что закон не работает», — сказал министр.

По его словам, работа должна вестись по обоим направлениям.

«С одной стороны, нужно получать разъяснения Верховного суда, с другой, возможно вносить изменения в законодательство, которые бы позволили избежать многотолкования и субъективного подхода со стороны судебного состава», — сказал министр.

Категорически не согласен с тем, что можно обойтись только совершенствованием правоприменительной практики, и автор инициативы Станислав Белов.

«Товарищи из МВД, Следственного комитета, прокуратуры и судов говорят, что все в законах уже есть, нужно только изменить практику их применения. Говорят они много, но что-то изменить даже не пытаются, поэтому инициатива появилась на свет», — объяснил он на заседании рабочей группы.